Акыда История Ислама

Суннитская доктрина против псевдосалафизма. Часть 3

1: Происхождение ваххабитской (псевдосалафитской) секты

Ваххабийя – это секта, основоположником которой является Мухаммад ибн Абдуль-Ваххаб. Хоть он и появился в 1143/1730 году, разрушительный ход его ложно введенной доктрины составил приблизительно пятьдесят лет распространения. Эта секта сначала появилась в Неджде. Это — тот же самый регион, в котором появился лжепророк Мусайляма в ранний период Ислама. Мухаммад ибн Саъуд, правитель этого региона, помог укреплению Ибн Абдуль-Ваххаба, вынуждая людей следовать за ним. Арабские племена, одно за другим, были обмануты и мятеж стал обычным делом в этом регионе. Его слава росла, и его власть вскоре стала никем неконтролируемой.

Кочевые арабы окружающей пустыни боялись его. Обычно он говорил людям: «Я призываю вас признать таухид (единобожие) и избежать ширк (придавание Аллаху сотоварища в поклонении)». Люди сельской местности следовали за ним и шли туда, куда он шел, пока его господство не увеличилось.

Мухаммад ибн Абдуль-Ваххаб родился в 1111/1699 году, а умер в 1207/1792 году. Вначале своей деятельности, он совершал путешествия в Мекку, Медину и дальше в поисках знаний. В Медине он учился у шейха Мухаммада ибн Сулеймана аль-Худри и у шейха Мухаммада Хайата ас-Синди (ум. 1750). Эти два шейха также как и другие с кем учился Мухаммад ибн Абдуль-Ваххаб, обнаружили ересь его воззрений. Они говорили: «Аллах позволит ему быть уведенным с прямого пути; но в худшем положении те, кого он введёт в заблуждение». Обстоятельства достигли этого состояния, когда его отец Абдуль-Ваххаб, набожный ученый в религии, обнаружил ересь в вере сына и начал предупреждать других об этом. Его собственный брат Сулейман скоро последовал за ним (своим отцом), и даже написал книгу под названием ас-Саваъик («Молнии»)[1], чтобы опровергнуть инновационное и подрывное кредо, изобретенное Ибн Абдуль-Ваххабом.

Известные авторы этих дней нашли сходства между началом Ибн Абдуль-Ваххаба и началом лжепророков, появившихся в ранней эпохе Ислама, такие как Мусайляма-самозванец, Саджах, аль-Асвад аль-Анси, Туляйха аль-Асади и другие. Случай Ибн Абдуль-Ваххаба отличается тем, что он скрывал в себе любое прямое объявление пророчества. Несомненно, он не был способен получить достаточную поддержку, чтобы открыто объявить это. Однако он призывал присоединиться к его движению тех, кто прибыл из-за границы, мухаджиров и тех, кто был из его собственной области, ансаров, для имитации тех, кто эмигрировал из Мекки с Пророком Мухаммадом и кто принял их из жителей Медины в начале Ислама. Ибн Абдуль-Ваххаб обычно велел любому, кто уже совершил обязательное паломничество (хадж) в Мекку до присоединения к его движению, переделать это паломничество, так как Аллах не принял первое совершённое паломничество, потому что они совершили его, будучи неверующими. Он также говорил людям, желающим присоединиться к его движению: «Вы должны засвидетельствовать против самих себя непосредственно, что вы были неверующими, и вы должны засвидетельствовать против своих родителей, что они были неверующими и умерли также неверующими».

Он объявлял группу известных ученых прошлого времени неверующими. Если потенциальный новичок в его движении соглашался и свидетельствовал в пользу правды того заявления, он принимался; если же нет, давался приказ, и его позже казнили. Ибн Абдуль-Ваххаб не скрывал своего взгляда насчёт того, что мусульманская община, в течение последних шестисот лет, существовала в состоянии неверия (куфр) и он сказал то же самое о тех, которые не последовали за ним. Даже если бы человек был самым набожным и самым боящимся Аллаха из всех мусульман, он осудил бы его как идолопоклонника (мушрик), таким образом, делая пролитие его крови и конфискацию его богатства легальным/разрешенным (халяль). 

С другой стороны, он подтверждал веру любого, кто следовал за ним даже притом, что тот имел самую дурную и развратную славу  и вёл расточительный образ жизни. Он всегда привлекал внимание единственной темой: благородство (достоинство), которое Аллах дал ему. Это непосредственно соответствовало меньшему почтению, которое он требовал в отношении Пророка, чей статус Посланника он часто обесценивал, используя такие формы языка, чтобы описать его скорее, как мальчика на побегушках, чем божественно уполномоченного апостола веры. Он говорил такие вещи как: «Я просмотрел сообщение о Худайбии [событие из истории Пророка] и нашел, что в нем содержится такая-то и такая-то ложь». Для него было привычным использование высокомерной речи такого вида, чтобы любой из его последователей чувствовал себя свободным и мог сказать в его непосредственном присутствии: «Эта палка в моей руке лучше, чем Мухаммад, потому что она приносит мне пользу, позволяя мне идти. Но Мухаммад мертв и не приносит мне никакой пользы». Это, конечно же, не говорит ни о чём, кроме как об отсутствии веры и также считается незаконным четырьмя школами исламского законоведения.[2]

 Возвращаясь всегда к одной и той же теме, Ибн Абдуль-Ваххаб всегда говорил, что делать благословение (салават) Пророку предосудительно и нежелательно (макрух) в шариате. Он запрещал благословения Пророку во время пятничных молитв и их общественного произнесения с минбаров мечетей, и строго наказывал любого, кто произносил такие благословения. Он даже пошел на то, что убил слепого муэдзина (призывающего к молитве), который не подчинился, когда он приказал, чтобы он прекратил благословление Пророку, в конце своего призыва к молитве. Он обманул своих последователей, говоря, что все было сделано, чтобы оставить единобожие чистым.

В то же самое время, он сжег много книг, содержащих благословления Пророку, среди них «Даляиль аль-хайрат» и другие подобные по содержанию и теме книги. Таким способом он уничтожил бесчисленное количество книг по исламскому законоведению, комментарии к Корану и хадисам, общей якобы ошибкой которых была в их противоречии его бессмысленному личному  кредо. При выполнении этого, однако, он никогда не прекращал поощрение любого своего последователя интерпретировать Коран и хадисы для себя, и выполнять это толкование, просвещённое только светом его собственного понимания, хотя и затемненное неправедной верой и еретическо-идеологической обработкой.

Ибн Абдуль-Ваххаб отчаянно цеплялся за объявление людей неверующими. Для этого, он использовал коранические аяты, первоначально говорящие об идолопоклонниках, расширив их применение в отношении монотеистов. Было рассказано Абдуллой ибн Умаром и записано имамом аль-Бухари в его книге достоверных хадисов, что хариджиты переделали коранические аяты, относящиеся к неверующим, сделав их относящимися к верующим. Он также приводит другое повествование от Ибн Умара, что Пророк (салляллаху ‘алейхи уа саллям), сказал: «Больше всего я опасаюсь в моей общине человека, который истолковывает аяты Корана, выходя за рамки контекста». Этот и предшествующий ему хадисы относятся к Ибн Абдуль-Ваххабу и его последователям.

Позади его заявлений и действий лежит очевидное намерение придумать новую религию. Впоследствии, единственное, что он перенял из религии нашего Пророка (салляллаху ‘алейхи уа саллям), был Коран. Но даже и это было для поверхностного показа. Это позволило людям быть неосведомленными о том, какими в действительности были его цели. Следуя такому пути, он и его последователи интерпретировали Коран согласно их собственной прихоти, игнорируя комментарии Пророка (салляллаху ‘алейхи уа саллям), его сподвижников, набожных предшественников нашей веры (ас-саляф ас-салихун) и имамов (мазхабов). Он не приводил в доказательство достоверность повествований Пророка (салляллаху ‘алейхи уа саллям) и высказываний его сподвижников, преемников его сподвижников и имамов, которые извлекали законы и положения в шариате посредством иджтихада, и при этом он не признавал правовые институты, основанные на шариатские принципы-источники (усуль); то есть он не придерживался ни консенсуса (иджмаъ), ни правильного суждения по аналогии (кыйас). Хоть он и утверждал, что принадлежит к правовой школе (мазхаб) имама Ахмада ибн Ханбаля, эта отговорка была использована в целях лжи и сокрытия реальности. Ученые и юристы ханбалитской школы отказались от его многообразных ошибок. Они написали многочисленные статьи, опровергающие его, включая его брата, книга которого была упомянута ранее.

Ученый Сеййид аль-Хаддад аль-Аляви сказал: «По нашему мнению, один элемент в заявлениях и действиях Ибн Абдуль-Ваххаба, который отдаляет его от основ Ислама, неоспорим – это факт, что он без поддержки любой общепринятой интерпретации Корана или сунны Пророка (би ля таэвиль), берет вопросы из нашей религии, обязательно известные как объекты запрещения (харам), согласованные в соответствии с единодушным согласием учёных (иджмаъ), и делает их разрешёнными (халяль) (например, требование к мусульманам, чтобы они повторили свои свидетельства веры (шахада), или их убийство). Кроме того, наряду с этим он унижает пророков, посланников, святых и набожных людей. Преднамеренное унижение любого, попадающего под эти категории человека, является неверием (куфр), согласно единодушному согласию, достигнутому четырьмя имамами школ исламского правоведения».

Также он написал трактат, называемый «Разъяснение неясности относительно Создателя небес и земли» («Кашф аш-шубухат ан халик аль-ард вас-самават»)[3], для Ибн Саъуда. В этой работе он объявил, что все современные мусульмане — неверующие и были таковыми в течение последних шестисот лет. Он применил аяты Корана, которые относятся к неверующим курайшитам, к большинству богобоязненных и набожных личностей мусульманской общины. Ибн Саъуд естественно принял эту работу как предлог и орудие для продления своего политического суверенитета, подчиняя арабов своему господству. Ибн Абдуль-Ваххаб начал призывать людей к своей религии и привил в их сердца идею, что каждый, находящийся под солнцем, был идолопоклонником. К тому же, любой, кто убивал идолопоклонника, после своей смерти сразу попадёт в рай.

Как последствие, Ибн Саъуд выполнял любую просьбу Ибн Абдуль-Ваххаба. Если он сказал убить кого-то и захватить его собственность, он спешно выполнял это. Действительно, Ибн Абдуль-Ваххаб сидел среди своего народа подобно пророку посреди его сообщества. Его люди не оставляли ничего из того, что он велел им делать и действовали только так, как он командовал, превознося его к самой высокой степени и чтя его каждым мыслимым способом. Кланы и племена арабов продолжали превозносить его в этой манере, посредством чего влияние Ибн Саъуда сильно увеличилось, также как и влияние его сыновей после него.

Шариф (амир) Мекки, Галиб, вёл войну против Ибн Саъуда в течение пятнадцати лет, пока он не стал слишком старым и слабым, чтобы бороться. Все его сторонники примкнули к рядам его противника. Именно тогда Ибн Саъуд зашёл в Мекку для договора о мирном урегулировании в 1220/1805 году. Там он жил на протяжении приблизительно семи лет, пока правительство Оттоманской империи не подняло военные силы под командованием её министра, его благородия Мухаммада Али Пашы, правителя Египта. Его бесстрашная армия выступила против Ибн Саъуда и очистила землю от него и его последователей. Потом он вызвал своего сына Ибрахима Пашу, который прибыл в тот регион в 1233/1818 году. Он покончил с теми, кто остался из них.  

Среди отвратительных дел Ибн Абдуль-Ваххаба было запрещение людям посещения могилы Пророка (салляллаху ‘алейхи уа саллям). После его запрещения, группа людей вышла из Ахсы, чтобы посетить могилу Пророка. Когда они возвращались, они прошли мимо Ибн Абдуль-Ваххаба. И он приказал, чтобы им сбрили их бороды, посадив их на их лошадей задом наперёд, чтобы они возвратились таким образом в Ахсу [учитывая то время и тот регион, это являлось большим оскорблением и унижением (прим. пер.)]. Пророк (салляллаху ‘алейхи уа саллям), дал информацию о тех хариджитах, сохраненную в многочисленных хадисах. Действительно, эти высказывания составляют один из признаков его пророчества; поскольку они передают знание невидимого. Среди них — его заявления, приводимые у аль-Бухари и Муслима: «Разногласие там; разногласие там!», — указывая на восток; и: «Люди, которые будут читать Коран, выйдут с востока, но с этим он не уйдёт дальше их глоток. Они пройдут через религию подобно проходу стрелы, когда она проходит чистой через плоть своей добычи и возвращается обратно, готовясь быть выстрелянной ещё раз. Их признак в том, что они бреют свои головы». В другом повествовании этого же хадиса добавляется: «Они — бедствие для всех созданий Аллаха; благословлен тот, кто убивает их» или «Убивайте их! Поскольку, хотя они и обращаются к Книге Аллаха, они не имеют никакого отношения к ней». Он также сказал: «O Аллах! Благослови нас в нашей Сирии, и благослови нас в нашем Йемене!» Они сказали: «O Посланник Аллаха, и в нашем Неджде?» Но он ответил: «В Неджде произойдут землетрясения и разногласия; там зародится эпоха [или рог] Шайтана». Также он сказал: «Люди, читающие Коран выйдут с востока, но он не уйдет дальше их глоток. Каждый раз их поколение сокращается и ещё одно появляется, пока последний из них не окажется на стороне Антихриста».

Слова Пророка (салляллаху ‘алейхи уа саллям), явно определяют в тексте его ссылку на тех людей, выходящих с востока, следующих за Ибн Абдуль-Ваххабом в его новшествах, которые он совершил в Исламе. Обычно они приказывали тем, кто следовал за ними, брить свои головы и как только они начали выполнять это, они не оставляли эту практику. Ни в одной из сект до секты Ибн Абдуль-Ваххаба подобной практики не было.[4] Он даже приказал женщинам, которые последовали за ним, брить свои головы. Однажды, когда он приказал одной женщине, которая вступила в его новую религию, побрить ее голову, она ответила: «Если бы вы приказали, чтобы люди сбрили свои бороды, тогда было бы допустимо для вас приказать женщине побрить свою голову. Ведь волосы на голове женщины имеют тот же священный статус, как и борода мужчины». Ибн Абдуль-Ваххаб не смог ответить ей.

Среди повествований, переданных от Пророка (салляллаху ‘алейхи уа саллям), найдено его следующее заявление: «К концу времени, появится человек из того же самого региона, из которого однажды появился Мусайляма. Он изменит религию Ислама». Также имеется другое высказывание: «Шайтан появится в Неджде, и арабский полуостров прорвут землетрясения от разногласия и борьбы».

Также из отвратительных поступков Ибн Абдуль-Ваххаба — сжигание книг, содержащих работы по исламской науке, резня ученых Ислама и убийство людей высшего сословия и обычных людей. Он пролил их кровь и конфисковал их собственности и богатства, также он приказал выкопать могилы авлийа(святых Ислама). В Ахсе, например, он приказал сделать из некоторых могил авлийа места для справления человеческих нужд. Он запретил людям читать «Даляиль аль-хайрат» имама Джазули, исполнять дополнительные действия преданности, произносить имена Аллаха при Его вспоминании, читать маулид, т.е. празднование рождения Пророка, или произносить благословения на Пророка с минарета после призыва к молитве. К тому же, он убивал любого, кто не выполнял его запреты на это. Он запретил любой вид поклонения после канонических молитв. Он публично объявлял мусульманина неверующим, если тот просил пророка, ангела или какого-нибудь святого, присоединить их мольбу к своей, выражая некоторое намерение, выполнение которого можно было бы попросить у Аллаха, например, когда кто-то умоляет Создателя ради Мухаммада, (салляллаху ‘алейхи уа саллям), выполнить такую-то и такую-то просьбу. Он также объявлял любого, кто назовёт человека господином или хозяином (сайиид) неверующим.

Несомненно, одно из худших деяний, совершенных ваххабитами под руководством Ибн Абдуль-Ваххаба, была резня людей Таифа после входа в этот город. Они убивали каждого, кто был в поле их зрения, убивая ребенка и взрослого, правителя и подчиненного, незнатного и родовитого. Они начали с ребенка, кормящегося от груди своей матери, и продолжили группой, изучающей Коран, убивая их всех до последнего человека. И когда они уничтожили людей, которых они нашли в домах, они вышли на улицы, в магазины и мечети, убивая любого, кто бы ни был там. Они даже убивали людей, совершавших поклон в молитве, пока они не уничтожили каждого мусульманина, проживающего в Таифе, и только небольшая группа, двадцать или чуть больше, людей осталась в живых.  

Они со своей амуницией расположились в (месте или крепости) Бейт аль-фитни, недоступным для них (ваххабитов). В Бейт аль-фар была другая группа в количестве двести семьдесят человек, которые сражались с ними в тот день, затем во второй и в третий, пока ваххабиты не гарантировали им помилования; но они предложили это как уловку. И когда они зашли, они захватили их оружие и убили их. Других, которых они также вывели с гарантией о помиловании и по договору в долину Вадж, они оставили в холоде и снеге [дело происходило в горной местности (прим. пер.)], босыми и голыми, подвергнув их позору вместе с их женщинами. Ведь эти женщины привыкли к уединению от посторонних, что предоставлялось им общей благопристойностью и религиозной этикой. Затем они разграбили их имущество: богатства любого вида, домашнюю утварь и наличные деньги. 

Они выбрасывали книги на переулки улиц и дорог, которые были затем раскиданы ветром в разные стороны. И среди этих книг могли оказаться копии Корана, тома аль-Бухари и Муслима, другие канонические сборники хадисов, и книги по фикху, и все это в количестве тысячей книг. Эти книги оставались там в течение нескольких дней и ваххабиты топтали их. К тому же, никто из них не сделал никакой попытки поднять хотя бы одну страницу Корана из-под ног, чтобы сохранить её от позора такого проявления непочтительности. Затем, они снесли дома и сделали то, что было однажды городом, бесплодной и ненужной землей. Это было в 1217/1802 году.

2: Ваххабиты и их недавнее восстание (1905)

Лидер ваххабитов в то время был Абдур-Рахман ибн Файсаль, один из сыновей Мухаммада ибн Саъуда, мятежника, который не повиновался величайшему исламскому халифату в 1205/1790 году. Инцидент, связанный с шарифом (амиром) Мекки, Галибом, длился до 1220/1805 года. Затем, когда сила шарифа  для сражения с ним ослабла, оттоманское правительство подняло военные силы против ваххабитов, во главе с министром Мухаммадом Али Пашой, правителем Египта, и его сыном, Ибрахимом Пашой, как мы уже указали в предшествующей главе, и другие исторические книги записали это.

Этот Абдур-Рахман был губернатором Эр-Рияда в течение почти тридцати лет. Затем, Мухаммад ибн ар-Рашид стал правителем Неджда, а Ибн Саъуд сбежал к отдаленным областям морского побережья. Он, в конечном счете, оказался в Кувейте, где он и остался жить в оскорбительной для него бедности. И при этом никто не чувствовал жалости к нему, пока оттоманское правительство не отнеслось к нему благосклонно и не предоставило ему денежный перевод. Вслед за этим, из-за щедрости этого правительства, он начал вести более легкую жизнь, хотя и в состоянии изгнания.        

Когда Мухаммад ибн ар-Рашид умер, да смилуется над ним Аллах, к власти пришел его племянник, Абдуль-Азиз ибн Мутъаб ибн ар-Рашид, правитель Неджда на время написания этой книги. Случилось так, что инцидент имел место между только что упомянутым Абдуль-Азизом и шейхом Кувейта, Мубараком ибн Сабахом. Причиной этого инцидента стало убийство Мубараком ибн Сабахом своего брата, Мухаммада ибн Сабаха, который, на то время, был временным заместителем оттоманского правительства в Кувейте. Он же убил своего другого брата и отнял у его детей огромное наследство. Последние наследники, вслед за этим, скрылись от дальнейшего преследования и братоубийства. Столкнувшись с такими государственными делами, дядя убитых детей, Юсуф ибн Ибрахим, эмигрировал с Абдуль-Азизом ибн ар-Рашидом, правителем Неджда, заняв противоположную позицию против его собственного брата Мубарака ибн Сабаха, вышеупомянутого братоубийцы, в попытке вернуть богатство племянникам, которых ограбил Мубарак ибн Сабах.

Переговоры о примирении провалились и пришли к тому, что каждая из этих двух сторон в споре экипировалась в армию, одна против другой. Эти две армии столкнулись в местечке Тарафийя. Мубарак ибн Сабах потерпел поражение, и приблизительно четыре тысячи бойцов его армии были убиты, хотя он сам убежал целым и невредимым. Он, побеждённым и оскорблённым, сбежал назад в Кувейт. Однако не прошло и время, как Ибн Сабах нашёл иностранную защиту и снова восстал. Иностранцы снабжали его деньгами и оружием. Затем, сила Абдур-Рахмана ибн Файсала ибн Саъуда против правителя Неджда, ар-Рашида, крепла, в то время, пока он занимался военными экспедициями в отдаленных районах Эр-Рияда.

Мубарак Ибн Сабах использовал свой новый шанс. Помогаемый иностранцами деньгами и оружием, он создал армию и поместил её под командование того Абдур-Рахмана, упомянутого ранее. Ибн Сабах послал его в Эр-Рияд, чтобы захватить его, оккупировать его силой, укрепить его границы и укрепить себя в его пределах. Когда новости о случившемся достигли правителя, Ибн ар-Рашида, он возвратился и окружил то место на какое-то время с намерением вернуть его назад. Его лагерная стоянка вокруг Эр-Рияда продолжалась в течение года. Потом кое-что произошло в одной из отдаленных областей региона, что отвлекло его от окружения, и он отказался от этого. Эта предоставленная возможность также была использована Ибн Саъудом, и он вышел со своей армией, снабженной оборудованием от иностранной помощью, и захватил Унайзу, Бурайду, и остаток областей Кусайма.

Оттоманское правительство, став свидетелем враждебного действия Абдур-Рахмана, его восстания и дерзости против их друга и преданного правителя Неджда, Ибн ар-Рашида, также как и его подельничества с иностранцами,  послал эскадру из своих бесстрашных армий для поддержки правителя Неджда, Ибн ар-Рашида, чтобы отрезать тыловой конец тех отступников и сокрушить их враждебные действия. Ибн ар-Рашид задул искры мятежа. Оттоманские силы столкнулись с мятежниками, сторонниками Ибн Саъуда, около города Бахрама в области Кусайма. Последовало жестокое сражение между двумя силами, и мятежная сторона, т.е. силы Ибн Саъуда, наконец были поражены. Победоносная армия овладела одиннадцатью знамёнами их побежденного противника. Ибн ар-Рашида и его солдат похвалили за их роль в сокрушении врага и за их храбрость в этом сражении; память об этом будет длиться навсегда. Эта похвала имеет бесспорную основу, словом и делом. [Во время написания этой книги] побежденных огородили и окружили бесстрашными силами Ибрахима Пашы, который следит за ними и контролирует их.

Примечание

[1] Сулейман ибн Абдуль-Ваххаб ан-Наджди, «Ас-саваъик аль-иляхийя фи-р-раддаляль-ваххабийя («Божественные молнии в опровержении ваххабитов»), ред. Ибрахим Мухаммад аль-Батави (Каир: Дар аль-инсан, 1987).

[2] Это – нарушение наказывается смертью за унижение Пророка (салляллаху ‘алейхи уа саллям) во всех четырех мазхабах согласно иджмаъ. См. главы об унижении Пророка в книге «Шифа» судьи Ийада, «Ас-сарим аль-маслюль» Ибн Таймийи, «Василят аль-ислям би-н-наби» Ибн Кунфуда, и т.д.

[3] Ред. Абдуллы ибн Абдур-Рахмана Аля Бассама, 1-ое издание (Каир: Дар ихьйа аль-кутуб аль-арабийя, 1377 [1957 или 1958]).

[4] Муфтий г. Забида (Йемен) ас-Саййид Абдур-Рахман аль-Ахдаль сказал: «Этого доказательства против Мухаммада ибн Абдуль-Ваххаба достаточно, ведь Пророк (салляллаху ‘алейхи уа саллям) сказал: «Их признак — то, что они бреют (головы)», и никогда такое не делалось ни одной из сект новаторов до них». Передано ас-Сейиидом Ахмадом Дахляном в его книге «Хулясат аль-калям фи байан умара аль-баляд аль-харам» стр. 235.

Когда Ибн Абдуль-Ваххаб убил группу мусульман, потому что они не брили свои головы, как он требовал делать от своих последователей, аль-Мунъами написали пасквиль, который начинался так:

«Афи халькыр-раэси бис-сакакина уаль-хадди
хадисун сахихун биль-асанида ан джадди»

«Имеется ли, относительно бритья головы бритвами,
Достоверный хадис, передаваемый от моего предка (Пророка)?».

Автор: Шейх Джамиль ас-Сыдкы аз-Захави (1863-1936)
Из книги: «Аль-Фаджр ас-садик фи ар-радд аля мункири ат-тауассуль уаль-хауарик»

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *